Александр Торопцев. Подвиги России - Пятый подвиг России. Русские Православные храмы

E-mail Печать PDF
Оценка пользователей: / 7
ПлохоОтлично 
Оглавление
Александр Торопцев. Подвиги России
Первый подвиг России
Второй подвиг России. Преодоление распри. XI-XV вв.
Третий подвиг России. Русское Возрождение
Четвертый подвиг России. Русская иконопись
Пятый подвиг России. Русские Православные храмы
Шестой подвиг России. Русская православная церковь
Седьмой подвиг России. Первопроходцы Сибири
Восьмой подвиг России. Московский вариант создания державы имперского типа
Девятый подвиг России. Русская армия
Десятый подвиг России. Русская литература и искусство. (Золотой век)
Одиннадцатый подвиг России. Великая Отечественная война
Двенадцатый подвиг. Российская и советская наука
Все страницы

Пятый подвиг России. Русские Православные храмы

Строительство русских каменных православных храмов началось в 989-996 гг. возведением в Киеве Десятинной церкви. Строили церковь греческие мастера. Но важно другое.

Уже в XI в. строительство каменных (и деревянных, естественно) православных храмов приняло в Киевской Руси массовый характер. Это поражало всех, кто бывал в русских городах, особенно, в Киеве. Северогерманский хронист Адам Бременский (умер в 1081 г.)  в «Деяниях епископов Гамбургской церкви» назвал Киев «соперником Константинополя». А древнерусский писатель Илларион, первый киевский митрополит из русских (до него митрополитами назначались византийские священнослужители) написал Владимиру  в «Слове о законе и благодати»: « Встань, о честная глава, из гроба твоего, встань, отряхни сон!…Посмотри же и на город, величием сияющий, посмотри на церкви процветающие, посмотри на христианство разрастающееся, посмотри на блеск города, освещаемого святыми иконами, благоухающего фимиамом, оглашаемого святыми хвалами и божественным пением» (Литература Древней Руси. Хрестоматия. М., 1990, стр. 50).

Церкви в Древней Руси являлись центрами духовного единение народа, выполняли роль образовательную: здесь хранились книги, работали великие мастера искусств, здесь, в конце концов, пели, восхваляя Бога и дела Его. Ни в коем случае не желая обидеть верующий людей, я выскажу мнение о том, что церкви исполняли еще и роль культурного просветителя. Все лучшее, чем богат был человек, чем богата была Русь, находилось в православных храмах.

Греческие зодчие принесли в Восточную Европу сформировавшуюся систему крестово-купольного храма. По такой системе возведены первые каменные храмы в Киеве – Десятинная церковь и Софийский собор в Киеве. «И все же тринадцать глав Софии киевской, прекраснейшего и наиболее величественного архитектурного памятника Киевской Руси, не находит себе прообраза в Византии, как, впрочем, и ни в какой другой христианской стране, кроме нашей! Незадолго до того выстроенная дубовая София новгородская, вполне самобытное создание русских плотников (сгоревшая, как и многие десятки тысяч деревянных зданий, воздвигнутый на Руси в те времена), была тоже «о тринадцати верхах». Такое могучее многоглавие – это явление чисто русское, преобразившее облик крестово-купольного храма» (Любимов Л., Искусство Древней Руси. Книга для чтения. М., 1981).

Как говорилось выше, русские князья, великие князья, цари, императоры приглашали зарубежных мастеров для строительства и украшения тех или иных сооружений, но здесь, в Восточной Европе, великие мастера работали, пусть и по своим системам, но продолжая традиции древнеславянского зодчества, других видов искусства. Этот творческий процесс нельзя назвать заимствованием в полном смысле слова, это было взаимно обогащающее проникновение одной системы ценностей в другую и наоборот. Об этом писали все исследователи и историки. И именно этот факт позволял русским повелителям со спокойной душой призывать мастеров без опасения, что они могут изменить русского человека, русский народ, его душу.

В Чернигове возведен собор Спаса, по внутреннему убранству и изысканной роскоши не уступавший Софийскому собору в Киеве. Владимир Ярославич приказал возвести в Новгороде мощный пятиглавый Софийский собор. В Смоленске, Полоцке и других городах строились чудесные храмы. Здесь рождались уникальные архитектурные школы, и школы живописи. Все они были русские. Киевское искусство, естественно, влияло на них. Но каждая из этих школ отличалась и от киевской, и от школ других русских земель местным колоритом, местным звучанием форм и линий, красок и самого творческого мышления. В XII в., когда значение Киева понижалось с каждым десятилетием, эта разница увеличивалась, но русское оставалось стержневым в храмостроительстве, в живописи, в прикладном искусстве.

В XII в. центр русской государственности переместился в Заокскую землю, в Ростово-Суздальскую Русь.

Здесь уже в X в. строились деревянные храмы, от которых остались лишь восторженные воспоминания летописцев. Это – обидно. Много врагов было у русских людей, у русских князей. О них мы говорили вкратце. Но об одном враге мы еще не сказали. Об огне, который постоянно, регулярно налетал на деревни русские и села, на большие и малые города и уничтожал величайшие произведения деревянного храмостроительства. Обидно. И не понятно, почему русские люди не научились бороться с огнем, так как это сделали, например, те же японцы: в Стране Восходящего Солнца сохранились деревянные храмы тех далеких веков. У меня есть одно версионное объяснение этому странному явлению.  О нем я расскажу в очерке Золотом веке.

В 1160 г. огонь уничтожил возведенную веком ранее деревянную церковь в Ростове. Но еще в 1152 г. в Ростово-Суздальской земле построена каменная церковь святых Бориса и Глеба в Кидешке, а в Переславле-Залесском – Собор Спасо-Преображения, а в 1164 г. во Владимире знаменитые «Золотые ворота», а в 1165 г. – на Нерли возвели церковь Покрова, а в 1185-1189 годах в том же Владимире – Успенский собор…

Этот список можно продолжать долго. Сама идея иметь в каждом селе, чуть ли не на каждой улице города свою церковь пришлась русским по душе.

В очерке «Русское Возрождение» я рассказал о том, как русский люд справился с ордынской бедой. Стоит лишь отметить, что Русская Православная церковь сыграла в этом огромную роль, в чем большую подмогу ей оказала сама идея иметь церковь в каждом селе и чуть ли не на каждой улице города. Там, в церкви, русский дух незримо витал, там он людям помогал не забыть себя, не забыть русское в себе. Церковное строительство (деревянное) не прекращалось на Руси даже в первые десятилетия после вторжения в Восточную Европу ордынских тумэнов. Некоторые историки, расхваливая Чингисхана и его преемников, пытаются убедить неискушенных читателей в том, что, мол, золотоордынские ханы проводили в Восточной Европе (как и в других странах) мудрую религиозную политику, отличаясь завидной веротерпимостью. Да, это были крупные политики. Они понимали, что, тронув русскую церковь, они взорвут притихшую энергию русской души. И пользы от этого не было бы никому: ни русским, ни ордынцам, силы которых подтачивала внутренняя междоусобица, начавшаяся еще в последние годы жизни Чингисхана. Ханы Золотой Орды, предоставив русской церкви экономические, да и политические льготы, сделали это из чувства самосохранения. А оно у них было.

Монастыри России

Некоторые ученые считают, что монастыри издревле исполняли роль средневековых замков-крепостей. Существует и другое мнение не менее авторитетных ученых, утверждающих обратное: монастыри российские никакой военной роли не сыграли. Кто же прав? С одной стороны факты свидетельствуют о том, что в боевых действиях крепости-монастыри участвовали не часто. Но, с другой стороны, те же факты свидетельствуют о том, что разбросанные на ближних и дальних подступах Москвы монастыри внушали врагам серьезное опасение. Да и события 1368 г., когда на Москву, к Боровицкому холму, защищенному белокаменной стеной, явился литовский князь Ольгерд с крупным войском, говорят в пользу тех, кто отводит монастырям высокое место в военном деле. Литовцы-то были уверены в легкой победе над юным Дмитрием Ивановичем. Не знали они ничего о строительстве Белокаменной крепости на Боровицком холме. Явились, глянули, ахнули, три дня постояли, штурмовать не стали и убрались восвояси.

На мой взгляд, монастыри все-таки сыграли важную военную роль в истории Руси – России. Дело ведь не в том, сколько раз они отражали нападения врага, а в том, что они – были! Не нападают на сильного. Потому что накладно. Монастыри, мощные фортификационные сооружения, пугали налетчиков. Сложное дело – брать крепости. Навык нужен, время, подготовленные воины и командиры. А в борьбе с русскими, защищавшими монастыри, нужно еще помнить о неукротимой силе духа, упорстве тех, кто любое поражение считали за тягчайший грех. О чём говорит, в частности, всем известная осада польскими интервентами Троицкой лавры Св. Сергия в начале XVII в.

 

Церкви или монастыри

 

Попытаюсь очень коротко сформулировать мнение о том, какую же качественную роль сыграли в русской истории монастыри и церкви. Для этого нужно сразу же сделать оговорку: и тот и другой институт Русской Православной церкви свои исторические задачи выполнили на равновысоком, очень высоком уровне.

Церковь была ближе к людям. И люди любили церковь. Огороженные крепостными стенами монастыри внушали людям уверенность и чувство силы, в том числе и силы духовной. И люди уважали монахов, монашество. Церковь –духовная культура (и не только духовная, между прочим!). Монастыри – это духовная ученость. Монастырь – последнее прибежище людей, истомившихся по высшим истинам жизни. Церковь –духовная уравновешенность людей, живущих в миру, в ладу с миром и с самим собой…

Ни в коем случае нельзя оценивать роль этих институтов Русской Православной церкви по принципу: лучше – хуже, больше – меньше.

 



 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить